Реформа Укроборонпрому не має чекати нового міністерства – Мустафа Найєм

Мустафа Найєм, заступник генерального директора ДК "Укроборонпром" з питань взаємодії з органами державної влади про плюси та мінуси створення нового міністерства з розвитку стратегічних технологій та інновацій.

 

Судя по всему, в скором времени в структуре правительства может появиться новый вице-преьмер и новое министерство, которые будут опекаться оборонно-промышленным комплексом.

У этой идеи много критиков и сторонников. Критики опасаются создания "совкового" монстра и ссылаются на стандарты Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Сторонники справедливо указывают на отсутствие единого органа управления и государственной политики в сфере ОПК.

Я против слепого следования каким-либо догмам, независимо от того, кто на них ссылается. Попробую пояснить свою позицию исходя из здравого смысла и наших реалий.

Начну с того, что такое стандарты Организации Экономического Сотрудничества и Развития. Если совсем упростить, они сводятся к одной простой мысли – один и тот же субъект не может одновременно и устанавливать правила работы рынка, и напрямую управлять одним или несколькими игроками. Как, например, тренер футбольной команды – даже самый честный и объективный – не может играть на поле и судить матч.

Правила в стране создают государственные органы-регуляторы. И очевидно, что один и тот же орган не может одновременно и диктовать правила, и управлять предприятиями. Рано или поздно возникнет соблазн писать правила под себя и насиловать рынок. Это – конфликт интересов и практика показывает, что рано или поздно он приводит к коррупции, неэффективности и развалу сектора экономики.

Это и есть суть тех самых стандартов ОЭСР, нарушения которых опасаются критики. К сожалению, инициаторы создания нового органа до сих пор так четко и не артикулировали, какими именно будут функции нового органа по отношению к государственным предприятиям и Укроборонпрому.

В любом случае, создание такого госоргана – это политическое решение и принимать его должны парламент и правительство. Я же позволю себе высказаться от лица тех, для кого, собственно, это министерство должно работать.

Я считаю, что создание такого министерства назрело уже давно.

Объясню, почему.

Я – переговорщик и лоббист интересов Укроборонпрома – самого крупного объединения отрасли. В Концерне я занимаюсь вопросами взаимодействия с органами государственной власти. Ежедневно по различным вопросам наших предприятий моя команда контактирует с десятками коллег из департаментов минимум пяти министерств, семи парламентских комитетов и нескольких рабочих групп в составе представителей всех наших регуляторов.

Буду откровенен: зачастую, когда у наших предприятий возникают проблемы, мне сложно найти одного единственного "собеседника", который бы предложил комплексное решение системных проблем, уничтожающих отрасль прямо сейчас, каждый день. Возникает стойкое ощущение, что в правительственном квартале уверены, будто мы решаем какие-то свои личные, а не общие проблемы.

Нам действительно нужен единый центр формирования и реализации государственной политики в сфере ОПК, который бы координировал взаимодействие между всеми субъектами отрасли.

Существование такого центрального органа исполнительной власти предусмотрено законом "О национальной безопасности Украины", который вступил в силу еще в 2018 году. Теоретически, это могло бы быть любое министерство, служба, агентство или даже инспекция. На данный момент правительство уполномочило на такие функции Министерство экономики, где специально для этого сектора создана позиция профильного заместителя министра. Таким образом, формально в стране уже существует госорган, ответственный за эту сферу.

Но давайте говорить открыто.

На одного заместителя министра возложена функция формирования, реализации и координации сектора, где одновременно "играют" – 16 государственных заказчиков, в том числе, несколько министерств; 116 предприятий Укроборонпрома, Государственное космическое агентство, Государственная служба экспортного контроля и более полутора сотни частных компаний.

Очевидно, полномочий и инструментов заместителя министра недостаточно для координации такого большого количества игроков, среди которых целый ряд субъектов, имеющих гораздо больше рычагов влияния. И это не вопрос персоналий. А проблема приоритетов, системы координат, функционала и возможностей конкретной должности.

Поэтому да, стране нужен такой госорган. Но играть на поле и самостоятельно управлять хозяйственной деятельностью госпредприятий он не имеет права. Владеть – может. Например, корпоративными правами. Может и обязан требовать высоких показателей, но не может указывать, как строить и реализовывать свою деятельность.

Внедрение этих правил и есть то, что мы называем уже приевшимся словом корпоратизация. Когда собственник, в данном случае – государство, распоряжается своими активами и правами не напрямую, а через систему корпоративного управления, состоящую из коллегиальных органов, куда собственник делегирует своих представителей.

Что важно, необходимость внедрения такой системы управления не зависит от того, когда и как будет создавать новое министерство, как оно будет называться, какой у него будет штат, бюджет и кто его возглавит. Повторюсь, я не комментирую политическое решение госорганов о создании нового министерства.

Но внедрение вышеуказанных стандартов – это базовое необходимое условие реформирования отрасли и перехода к цивилизованным инструментам управления госсобственностью. Это еще не реформа, но уже точка невозврата в наше советское прошлое.

И Укроборонпром к этому уже готов. Готово и правительство, которое дорабатывает необходимые законопроекты и внесло в проекте своей программы пункт о переходе к корпоративной модели управления в ОПК.

К сожалению, инициаторы создания нового министерства ставят переход к модели корпоративного управления в прямую зависимость от появления нового госоргана.

Это непозволительное затягивание реформы ключевого сектора экономики.

Я был свидетелем создания не одного госоргана и в шапкозакидательство не верю. Запуск нового министерства не решается одной подписью. Разработка нового положения, набор штата, внесение изменений в бюджете, выбор и назначение руководителя даже при благоприятном политическом консенсусе займет минимум полгода. Еще столько же – на разработку внутренних процедур, налаживание контактов с другими госорганами, в т.ч. с заказчиками и исполнителями военной техники, парламентом, СНБО, международными организациями и прочее.

Итого – год. Еще один год ожидания военно-промышленного комплекса воюющей страны, пока государство разрешит ему выйти из каменного века.

Корпоратизация и стандарты ОЭСР – это ведь не прихоть новых реформаторов, не требование западных спецслужб и не "воля Сороса". Это непосредственно вытекает из целого ряда нормативных документов, выданных Кабинетом Министров Украины и Президентом, которые прямо обязывают нас идти по этому пути.